По церковным советам при испытании неразделенной любовью человеку надо смириться, продолжать любить своего избранника, несмотря на его ответное отношение, ничего для себя от него не требовать, а во всем остальном положиться на волю Божию, Который Один знает, что для этого конкретного человека будет впоследствии хорошо...
http://www.eparhia-saratov.ru/index.php ... &q_id=1071
http://ruskline.ru/monitoring_smi/2011/ ... ya_lyubov/
Свод советов, предложенный Публием Овидием Назоном в произведении «Лекарство от любви», можно свести к трем аскетическим правилам.
Первое широко практикуется в обычной медицине и именуется термином «карантин».
Так отправляйся же в путь, какие бы крепкие узы
Ни оковали тебя: дальней дорогой ступай.
Дней и часов не считай и на Рим не гляди восвояси.
В бегстве спасенье твое, как у парфянских стрелков.
Логика карантина проста: нужно разорвать связь с источником болезни, удерживая себя от искушения встретиться, позвонить, передать записку. Следует также избегать общения с другими влюбленными, удаляться от мест, способных поэтически напомнить об оставленной подруге, и даже воздерживаться от разговоров о ней.
Приступая к исполнению любых аскетических правил, важно помнить, что все они дают желаемый эффект только в союзе со смирением, которое нейтрализует воображение - главного сподвижника страсти. Существует рассказ о монахе и его послушнике, отправленных по поручению настоятеля в отдаленный город. Их путь пересекала бурная горная речка, на берегу которой путники застали молодую и красивую женщину. Она боялась пуститься вброд и ждала того, кто мог бы перенести ее на другой берег. Молодой послушник отказался прикоснуться к женщине. Пожилой же монах молча взвалил ее на плечо, перенес через реку и, опустив на берег, продолжил свой путь. Вскоре его нагнал младший товарищ. Некоторое время они шли молча: послушник несколько раз порывался заговорить, но всякий раз стушевывался. Наконец, не выдержав, он спросил: «Отче! Как смели Вы столь нецеломудренно коснуться женщины?» Старый монах усмехнулся и ответил: «Я перенес девицу через реку и потому давно забыл о ней. А ты до сих пор несешь ее в своем воспаленном воображении».
Второе правило имеет воинское происхождение и называется «правилом белых одежд». С древнейших времен подготовка к сражению начинается со строевого смотра. Казалось бы, скоро свершится история, заговорит оружие, начнется суровый спор о жизни и смерти - какое дело человеку до того, насколько хорошо отутюжена его форма и начищены сапоги? Зачем кроют золотом погоны в ожидании грязи, крови и смерти? Дело в том, что с подготовки к строевому смотру, с безукоризненного внешнего вида начинается мобилизация духа, приводятся в боевую готовность способности и внутренние резервы человека. Христос говорит: «Когда поститесь, не будьте мрачны, как лицемеры... Умой лицо свое и помажь голову маслом». Личный состав военного корабля перед боем получает команду одеться «по первому сроку», ибо «положено в чистом на дно уходить морякам». Вот и неразделенная любовь - весьма критическая ситуация, требующая особого мужества, которое словно источается ярким блеском безукоризненно начищенных ботинок.
Третье правило - «цитадель» - открыли художники. Цитаделью называется центральная, наиболее укрепленная часть крепости. Сюда стремятся жители окрестных деревень в критическую минуту. В духовном смысле это точка кристаллизации и источник роста твоего личного царства. Иногда цитадель называют «алтарем»: она представляет собой область сугубо личного бытия, разделить которое с тобою не может никто, даже самый родной и близкий человек. Каждый из нас рождается, страдает и умирает в одиночку. Здесь обитают самые заветные желания и идеи, которые не нуждаются в обсуждении с кем бы то ни было. Отсюда возносятся личные молитвы к Творцу и исполняется своя, индивидуальная и уникальная миссия, которая, несомненно, есть у каждого человека в этом мире. Чтобы успешно преоделеть страдания неразделенной любви, нужно вернуться в свою цитадель, сосредоточиться на исполнении своего призвания. Для Микеланджело это означало возобновить работу над неоконченной скульптурой «Давида», для Бетховена - отредактировать партитуру «Девятой симфонии», для Пушкина - написать новую главу «Евгения Онегина». Возможно, смысл неразделенной любви как раз и заключается в том, чтобы вернуть человека из мирской суеты и обратить его усердие к делу, которое кроме него не может сделать никто.
Зато реально эффективно!
, но желающие могут пофлудить 
