Общественный поток сознания
Я пью за военные астры, за все, чем корили меня.
За барскую шубу, за астму, за желчь петербургского дня,
За музыку сосен савойских, полей Елисейских бензин,
За розу в кабине рольс-ройса и масло парижских картин.
Я пью за бискайские волны, за сливок альпийских кувшин,
За рыжую спесь англичанок и дальних колоний хинин.
Я пью, но еще не придумал - из двух выбираю одно:
Душистое асти-спуманте иль папского замка вино?
Мандельштам
За барскую шубу, за астму, за желчь петербургского дня,
За музыку сосен савойских, полей Елисейских бензин,
За розу в кабине рольс-ройса и масло парижских картин.
Я пью за бискайские волны, за сливок альпийских кувшин,
За рыжую спесь англичанок и дальних колоний хинин.
Я пью, но еще не придумал - из двух выбираю одно:
Душистое асти-спуманте иль папского замка вино?
Мандельштам
Поток сознания в данный момент: .....
"On a cloud I saw a child,
and he laughing said to me..."
W. Blake
1
Мы хотим играть на лугу в пятнашки,
не ходить в пальто, но в одной рубашке.
Если вдруг на дворе будет дождь и слякоть,
мы, готовя уроки, хотим не плакать.
Мы учебник прочтем, вопреки заглавью.
То, что нам приснится, и станет явью.
Мы полюбим всех, и в ответ -- они нас.
Это самое лучшее: плюс на минус.
Мы в супруги возьмем себе дев с глазами
дикой лани; а если мы девы сами,
то мы юношей стройных возьмем в супруги,
и не будем чаять души в друг друге.
Потому что у куклы лицо в улыбке,
мы, смеясь, свои совершим ошибки.
И тогда живущие на покое
мудрецы нам скажут, что жизнь такое.
2
Наши мысли длинней будут с каждым годом.
Мы любую болезнь победим иодом.
Наши окна завешены будут тюлем,
а не забраны черной решеткой тюрем.
Мы с приятной работы вернемся рано.
Мы глаза не спустим в кино с экрана.
Мы тяжелые брошки приколем к платьям.
Если кто без денег, то мы заплатим.
Мы построим судно с винтом и паром,
целиком из железа и с полным баром.
Мы взойдем на борт и получим визу,
и увидим Акрополь и Мону Лизу.
Потому что число континентов в мире
с временами года, числом четыре,
перемножив и баки залив горючим,
двадцать мест поехать куда получим.
3
Соловей будет петь нам в зеленой чаще.
Мы не будем думать о смерти чаще,
чем ворона в виду огородных пугал.
Согрешивши, мы сами и станем в угол.
Нашу старость мы встретим в глубоком кресле,
в окружении внуков и внучек. Если
их не будет, дадут посмотреть соседи
в телевизоре гибель шпионской сети.
Как нас учат книги, друзья, эпоха:
завтра не может быть также плохо,
как вчера, и слово сие писати
в tempi следует нам passati.
Потому что душа существует в теле,
жизнь будет лучше, чем мы хотели.
Мы пирог свой зажарим на чистом сале,
ибо так вкуснее: нам так сказали.
___
"Hear the voice of the Bard!"
W. Blake
1
Мы не пьем вина на краю деревни.
Мы не дадим себя в женихи царевне.
Мы в густые щи не макаем лапоть.
Нам смеяться стыдно и скушно плакать.
Мы дугу не гнем пополам с медведем.
Мы на сером волке вперед не едем,
и ему не встать, уколовшись шприцем
или оземь грянувшись, стройным принцем.
Зная медные трубы, мы в них не трубим.
Мы не любим подобных себе, не любим
тех, кто сделан был из другого теста.
Нам не нравится время, но чаще -- место.
Потому что север далек от юга,
наши мысли цепляются друг за друга.
Когда меркнет солнце, мы свет включаем,
завершая вечер грузинским чаем.
2
Мы не видим всходов из наших пашен.
Нам судья противен, защитник страшен.
Нам дороже свайка, чем матч столетья.
Дайте нам обед и компот на третье.
Нам звезда в глазу, что слеза в подушке.
Мы боимся короны во лбу лягушки,
бородавок на пальцах и прочей мрази.
Подарите нам тюбик хорошей мази.
Нам приятней глупость, чем хитрость лисья.
Мы не знаем, зачем на деревьях листья.
И, когда их срывает Борей до срока,
ничего не чувствуем, кроме шока.
Потому что тепло переходит в холод,
наш пиджак зашит, а тулуп проколот.
Не рассудок наш, а глаза ослабли,
чтоб искать отличье орла от цапли.
3
Мы боимся смерти, посмертной казни.
Нам знаком при жизни предмет боязни:
пустота вероятней и хуже ада.
Мы не знаем, кому нам сказать "не надо".
Наши жизни, как строчки, достигли точки.
В изголовьи дочки в ночной сорочке
или сына в майке не встать нам снами.
Наша тень длиннее, чем ночь пред нами.
То не колокол бьет над угрюмым вечем!
Мы уходим во тьму, где светить нам нечем.
Мы спускаем флаги и жжем бумаги.
Дайте нам припасть напоследок к фляге.
Почему все так вышло? И будет ложью
на характер свалить или Волю Божью.
Разве должно было быть иначе?
Мы платили за всех, и не нужно сдачи.
I owe the public nothing.
© John Pierpont Morgan
© John Pierpont Morgan
Дар напрасный, дар случайный,
Жизнь, зачем ты мне дана?
Иль зачем судьбою тайной
Ты на казнь осуждена?
Кто меня враждебной властью
Из ничтожества воззвал,
Душу мне наполнил страстью,
Ум сомненьем взволновал?..
Цели нет передо мною:
Сердце пусто, празден ум,
И томит меня тоскою
Однозвучный жизни шум.
Жизнь, зачем ты мне дана?
Иль зачем судьбою тайной
Ты на казнь осуждена?
Кто меня враждебной властью
Из ничтожества воззвал,
Душу мне наполнил страстью,
Ум сомненьем взволновал?..
Цели нет передо мною:
Сердце пусто, празден ум,
И томит меня тоскою
Однозвучный жизни шум.
Не важно, что о вас говорят современники, важно что о вас скажут потомки
- Почитатель
- Сообщения: 226
- Зарегистрирован: Ср дек 15, 2004 11:41 am
- Контактная информация:
"Щааз бы тонкий-тонкий стакан *резолю... И на мотоцикл!" © В.С. Высоцкий (выдержка из личной беседы)Душистое асти-спуманте иль папского замка вино?
*"Резоль" - голубоватая жидкость для очистки стекла и по определению - на спирту.
З.Ы.
Видать, тож жизнь не сахар была, а какие ж однако вкусы у людей разные ;-)
-
Marxist
Мне видится часто такая картина:
Университет, ботанический сад,
И девушек наших прекрасные спины,
И я, будто целую вечность назад,
С пакетиком, в джинсах, походка курсивом (?),
Похож на Светлова -- мне столько же лет,
Такой молодой, беспардонно красивый,
И девушки мне улыбаются вслед...
Одних я не знаю, других я не помню,
Не наши -- и в этом большой их просчёт.
А наши... уходит земля подо мною,
Качается медленно, еле ползёт,
Почти останавливается. Напрасно
Смотрю на часы -- они тоже стоят.
А девушки наши, как песни, прекрасны,
Уже не идут, а по небу летят...
Григорий Данской
Университет, ботанический сад,
И девушек наших прекрасные спины,
И я, будто целую вечность назад,
С пакетиком, в джинсах, походка курсивом (?),
Похож на Светлова -- мне столько же лет,
Такой молодой, беспардонно красивый,
И девушки мне улыбаются вслед...
Одних я не знаю, других я не помню,
Не наши -- и в этом большой их просчёт.
А наши... уходит земля подо мною,
Качается медленно, еле ползёт,
Почти останавливается. Напрасно
Смотрю на часы -- они тоже стоят.
А девушки наши, как песни, прекрасны,
Уже не идут, а по небу летят...
Григорий Данской
-
ПостороннимВ
- Сообщения: 451
- Зарегистрирован: Вт окт 28, 2003 8:14 pm
C...!
C!
Ну вот, наконец-то, дождливый сентябрь,
Ну вот, наконец-то, прохладная осень,
И тучи повисли косыми сетями,
И кончился месяц под номером восемь.
Хоть я не наивен, как прежде,
Твержу я дождю "подожди".
Живу я в невнятной надежде,
А годы идут, как дожди.
Последнему будет работа,
Мой голубоглазый палач,
Мой тысячный дождь для кого-то -
Всего только первый плач.
И холодно, и ветер,
И сумерки в глазах.
Разорванным конвертом
Закончился азарт.
И новые заботы,
И трудно, и легко.
От дома до работы
Совсем недалеко...
А все-таки жаль, что кончилось лето, кончилось лето!
Время летит - не удержать, дело не в этом.
Среди взволнованных людей
И в блеске мокрых площадей
Все-таки жаль, что кончилось лето, кончилось лето!
Гаснут-гаснут костры, спит картошка в золе.
Будет долгая ночь на холодной Земле.
И холодное утро проснется.
И сюда уж никто не вернется.
Без любви и тепла так природа горька.
Поредела толпа у пивного ларька.
Продавщица глядит сиротливо,
И недопито черное пиво.
Ах, пане-панове, ах, пане-панове,
Ах, пане-панове, да тепла нет ни на грош.
Что было, то сплыло, что было, то сплыло,
Что было, то сплыло, того уж не вернешь.
Ах, пане-панове, ах, пане-панове,
Ах, пане-панове, тепла нет ни на грош.
Что было, то сплыло, что было, то сплыло,
Что было, то сплыло, того уж не вернешь.
Так роняют деревья остатки одежд,
Словно нет у деревьев на лето надежд.
Только я еще очень любима,
И любовь не прошла еще мимо.
Но маячит уже карнавала конец.
Лист осенний летит, как разлуки гонец.
И в природе все очень тревожно,
И мой милый глядит осторожно.
До свиданья, мой милый, скажу я ему.
Вот и лету конец - все одно к одному.
Я тебя слишком сильно любила,
Потому про разлуку забыла.
Горьких слов от него услыхать не боюсь.
Он воспитан на самый изысканный вкус.
Он руки моей нежно коснется,
И, конечно, уже не вернется.
Дольский, Кукин, Окуджава
C!
Ну вот, наконец-то, дождливый сентябрь,
Ну вот, наконец-то, прохладная осень,
И тучи повисли косыми сетями,
И кончился месяц под номером восемь.
Хоть я не наивен, как прежде,
Твержу я дождю "подожди".
Живу я в невнятной надежде,
А годы идут, как дожди.
Последнему будет работа,
Мой голубоглазый палач,
Мой тысячный дождь для кого-то -
Всего только первый плач.
И холодно, и ветер,
И сумерки в глазах.
Разорванным конвертом
Закончился азарт.
И новые заботы,
И трудно, и легко.
От дома до работы
Совсем недалеко...
А все-таки жаль, что кончилось лето, кончилось лето!
Время летит - не удержать, дело не в этом.
Среди взволнованных людей
И в блеске мокрых площадей
Все-таки жаль, что кончилось лето, кончилось лето!
Гаснут-гаснут костры, спит картошка в золе.
Будет долгая ночь на холодной Земле.
И холодное утро проснется.
И сюда уж никто не вернется.
Без любви и тепла так природа горька.
Поредела толпа у пивного ларька.
Продавщица глядит сиротливо,
И недопито черное пиво.
Ах, пане-панове, ах, пане-панове,
Ах, пане-панове, да тепла нет ни на грош.
Что было, то сплыло, что было, то сплыло,
Что было, то сплыло, того уж не вернешь.
Ах, пане-панове, ах, пане-панове,
Ах, пане-панове, тепла нет ни на грош.
Что было, то сплыло, что было, то сплыло,
Что было, то сплыло, того уж не вернешь.
Так роняют деревья остатки одежд,
Словно нет у деревьев на лето надежд.
Только я еще очень любима,
И любовь не прошла еще мимо.
Но маячит уже карнавала конец.
Лист осенний летит, как разлуки гонец.
И в природе все очень тревожно,
И мой милый глядит осторожно.
До свиданья, мой милый, скажу я ему.
Вот и лету конец - все одно к одному.
Я тебя слишком сильно любила,
Потому про разлуку забыла.
Горьких слов от него услыхать не боюсь.
Он воспитан на самый изысканный вкус.
Он руки моей нежно коснется,
И, конечно, уже не вернется.
Дольский, Кукин, Окуджава
Segui il tuo corso e lascia dir le genti!
На розвальнях, уложенных соломой,
Едва прикрытые рогожей роковой,
От Воробьевых гор до церковки знакомой
Мы ехали огромною Москвой.
А в Угличе играют дети в бабки,
И пахнет хлеб, оставленный в печи.
По улицам меня везут без шапки,
И теплятся в часовне три свечи.
Не три свечи горели, а три встречи —
Одну из них сам Бог благословил,
Четвертой не бывать, а Рим далече —
И никогда он Рима не любил.
Ныряли сани в черные ухабы,
И возвращался с гульбища народ.
Худые мужики и злые бабы
Переминались у ворот.
Сырая даль от птичьих стай чернела,
И связанные руки затекли.
Царевича везут, немеет страшно тело,
И рыжую солому подожгли.
О. Мандельштам
Едва прикрытые рогожей роковой,
От Воробьевых гор до церковки знакомой
Мы ехали огромною Москвой.
А в Угличе играют дети в бабки,
И пахнет хлеб, оставленный в печи.
По улицам меня везут без шапки,
И теплятся в часовне три свечи.
Не три свечи горели, а три встречи —
Одну из них сам Бог благословил,
Четвертой не бывать, а Рим далече —
И никогда он Рима не любил.
Ныряли сани в черные ухабы,
И возвращался с гульбища народ.
Худые мужики и злые бабы
Переминались у ворот.
Сырая даль от птичьих стай чернела,
И связанные руки затекли.
Царевича везут, немеет страшно тело,
И рыжую солому подожгли.
О. Мандельштам
Кто создан из камня, кто создан из глины, -
А я серебрюсь и сверкаю!
Мне дело - измена, мне имя - Марина,
Я - бренная пена морская.
Кто создан из глины, кто создан из плоти -
Тем гроб и надгробные плиты...
- В купели морской крещена - и в полете
Своем - непрестанно разбита!
Сквозь каждое сердце, сквозь каждые сети
Пробъется мое своеволье.
Меня - видишь кудри беспутные эти? -
Земною не сделаешь солью.
Дробясь о гранитные ваши колена,
Я с каждой волной - воскресаю!
Да здравствует пена - веселая пена -
Высокая пена морская!
Цветаева
А я серебрюсь и сверкаю!
Мне дело - измена, мне имя - Марина,
Я - бренная пена морская.
Кто создан из глины, кто создан из плоти -
Тем гроб и надгробные плиты...
- В купели морской крещена - и в полете
Своем - непрестанно разбита!
Сквозь каждое сердце, сквозь каждые сети
Пробъется мое своеволье.
Меня - видишь кудри беспутные эти? -
Земною не сделаешь солью.
Дробясь о гранитные ваши колена,
Я с каждой волной - воскресаю!
Да здравствует пена - веселая пена -
Высокая пена морская!
Цветаева
Автор - Доктор Верховцев.
Идеальный человек
Идеальный человек хорошо воспитан,
Лёгок, строен и силён, времени под стать,
Верен делу и семье, сдержан и начитан,
И за родину готов жизнь свою отдать
Образован, закалён, чист и аккуратен,
Не затронут ни на миг стрессами извне,
Он, короче говоря, мне во всём обратен,
И поэтому слегка неприятен мне.
Идеальный человек
Идеальный человек хорошо воспитан,
Лёгок, строен и силён, времени под стать,
Верен делу и семье, сдержан и начитан,
И за родину готов жизнь свою отдать
Образован, закалён, чист и аккуратен,
Не затронут ни на миг стрессами извне,
Он, короче говоря, мне во всём обратен,
И поэтому слегка неприятен мне.
?
блин, буду неоригинален. Почему в реальной жызни нет поиска? Фотку сфоткал и не могу найти ни один шнурок от фотоаппарата.
Не знаю, что за 91 пользователь (а за день до этого, помнится, было 58 ) у нас в рекорде, но сейчас (27) довольно живенько
блин, буду неоригинален. Почему в реальной жызни нет поиска? Фотку сфоткал и не могу найти ни один шнурок от фотоаппарата.
Не знаю, что за 91 пользователь (а за день до этого, помнится, было 58 ) у нас в рекорде, но сейчас (27) довольно живенько
Последний раз редактировалось pH<7 Пн окт 23, 2006 9:01 pm, всего редактировалось 1 раз.
Carpe diem
Кто сейчас на конференции
Сейчас этот форум просматривают: Google [Bot] и 42 гостя